ПОЦЕЛУЙ ДЬЯВОЛА

Я люблю наблюдать за своей тенью. Всегда, возвращаясь с работы домой, я наблюдаю за игрой света фонарей и отбрасываемой мною тени. Она крутится вокруг меня в меру шагов, возникая сзади и обгоняя меня впереди. Иногда рядом с одной темной тенью появляется другая, светлее и больше. Иногда их несколько вокруг меня и они все время крутятся, пока я иду. Может, такое занятие покажется вам странным, но оно помогает скоротать время от работы до дома и не грузиться прожитым днем. И вот иду я, наблюдая, любуясь, так сказать. Я отбрасываю три тени — сзади новая, спереди уходящая и где-то сбоку длинная еле заметная. Вот появилась четвертая тень. Она темнее самой темной. Точнее, она просто черная. Я присмотрелся — силуэт на асфальте мой. Я не стал придавать черноте особого значения. Шел себе дальше да и шел. Но вдруг я замечаю, что та самая черная тень не двигается. Она словно прилипла к асфальту, лишь повторяя мои движения при ходьбе. Но в отличии от других теней, она не крутится вокруг меня, она просто словно идет за мной.
Я уже было подумал, что эта тень не моя. Обернулся — сзади никого.
Какое-то странное чувство овладело моим сознанием. Стало не по себе. Не сказать, что я испугался, но было весьма неприятное ощущение, словно что-то постороннее находится рядом.
Дошел до дома — тень исчезла. Возле подъезда у нас очень яркое освещение. Зашел, поднялся на свой этаж. Уловил движение на кухне и аромат приготовленного ужина.
— Ты пришел, привет, — из кухни вышла Карина.
— Привет.
— Заходи, поешь. Устал на работе?
Я не ответил. Вошел в кухню. Котлеты, салат, гречка. Прекрасно. Смешанные чувства не давали покоя. Я привык жить один, привык готовить себе самостоятельно, или в крайнем случае есть в кафе. С Кариной знаком всего лишь две недели, а она оказалась шустрой девушкой. После первых трех свиданий сама напросилась в гости и уже утром забрала себе запасные ключи. Я не возражал — пусть. Тем более она мне нравилась. Но не нравилось, что она так быстро начала тут хозяйничать.
— Олежка, у тебя всё в порядке? — Карина заботливо порхала вокруг меня, наполняя тарелку яствами.
— Да… Ты, я вижу, освоилась.
— Ты не обижаешься? Я хотела сделать тебе сюрприз. — В глазах девушки застыла надежда.
— Нет, что ты, — я смягчился. Правда, чего это. Она позаботилась обо мне, это должно вызывать приятные чувства, но никак не злость.
После ужина меня быстро сморило. Я буквально отключился, едва ступив через порог комнаты. Утром проснулся сам не свой. Целый день прошел словно в тумане. Мне и в голову не приходило сопоставить события и понять, что к чему. Мысли в голове путались. Вечером по дороге домой меня сопровождала уже знакомая мне черная тень. Теперь она, не стесняясь, встретила меня прямо у работы и шла к подъезду, и не думая пропадать, растворяться и делать хоть что-то из того, что делают другие тени. Вечер повторился так же как и предыдущий. Только ужин был другой, а так все то же самое. На третий день тени не было. Я даже погрустнел. Домой вернулся, Карины тоже не было. И ужина. Я позвонил ей и узнал что девушка уехала на все выходные и будет только во вторник. Мой мир стал прежним, но не надолго. Во вторник меня снова сопровождала всё та же тень. Теперь она обнаглела и уже не двигалась как я, только разве что за ногами. Дома я обнаружил в коридоре слишком много женской обуви. Карина, видимо, решила переехать, даже не спросив меня. Что ж, ладно.
Ужин, небытие, работа, тень. Так теперь проходили мои будни. По выходным же Карина уезжала и жизнь становилась снова нормальной. Но и это прекратилось. Вот однажды в пятницу Карина была дома, в субботу тоже, и тень моя, та самая, черная, тоже была со мной.
Меня уже она пугала. Я все понимаю, но домой её не звали. Нельзя просто прийти и стоять у моих ног, даже если я сижу или вообще развалился на диване. Мне стало страшно. Я понял, идиот, только сейчас, что тень и Карина со мной находятся одновременно. Снова появилось присутствие чего-то потустороннего. Я решил понять, что именно пришло в мой дом. И начал копать. Я каждый день начал делать записи в своем дневнике о том, как ведет себя Карина и моя тень. Через два месяца я заметил, что их поведение зависимо друг от друга. Например, если Карина в хорошем настроении, то и тень моя просто ходит немного сзади, повторяя мои движения. Если негодует, тень замирает в одной позе и ездит возле меня словно паровозик на веревочке. И так далее. Еще я заметил, что тень меняется при моей реакции. Если я веду себя с Кариной спокойно, то цвет тени становится мягче. Но стоит мне за что-то разозлиться на девушку, как она чернеет словно смол, становится устрашающей. Я начал копать, что же это может быть. В интернете и книгах информации не нашел и решил пойти к знахарке. Я знал, что в нашем доме двумя этажами выше живет бабка-колдунья. Вот к ней-то я и пошел. Стучал в дверь, звонил — никто не открывает. Я решил уже, что никого дома нет, как голос из-за двери, старческий, скрипучий, меня попросил остановиться.
— Ты домой не ходи и ко мне не заходи, — гласила мне запертая квартира. — Проклятие на тебе, иди в лес, собери трав, принеси к моему порогу и уходи.
— Каких трав-то, бабушка?
— А я тебе список оставила, почитай.
И все. Тщетно я пытался узнать, где она оставила тот список. Обнаружил его, когда решил закурить. лежал в пачке сигарет бумажный сверток. Открыл его — а там всего два названия: клевер и криншта. Ну, предположим, что такое клевер, знают все. А вот что такое криншта, не знает даже гугл. Ну я решил хотя бы клевера собрать, а потом у бабки той спросить, может, обозналась. Пошел я в лес, он не так уж и далеко от нас находится. собираю цветочки клевера. А тень моя рвется-мечется, словно оторваться от меня хочет. Тут её движения стали заметны не только моему взгляду. Я почувствовал, как она меня толкнула. Это был легкий толчок, словно из-под земли едва уловимое движение. Но я его почувствовал. И испугался. Не зная, какое количество клевера понадобится, я рвал его много, планируя наполнить весь пакет. А тень все рвалась и ее толчки были все ощутимей. Мне было страшно. А еще надо найти… кре.. кра… не помню. А список потерял. Вдруг вижу, у дерева, за мхом, легкий свет. Желтоватый. Я подошел посмотреть, любопытно ведь, а там стебель с листьями без цветов. И я заметил, что тут таких много. Я собрал это растение, надеясь, что нашел нужное мне и хотел уже идти домой, как очередной толчок тени повалил меня наземь. Я ударился об дерево и потерял сознание. Очнулся в каком-то странном месте. Вокруг всё белым-бело, людей нет, только бесконечный коридор и одна единственная дверь. Я туда и пошел. Войдя в уже другое помещение, я заметил, что нахожусь в своей квартире. Но меня почему то не видно. И тени я теперь вообще не отбрасываю. Карина, пройдя мимо меня, лишь остановилась на секунду, посмотрев куда-то в мою сторону, но мимо, и пошла дальше. Я говорил с ней — она не реагировала. Я решил, что я умер. Не знаю, как такое может быть, но я стал призраком. Войдя в комнату, я увидел маму. Она сидела и что-то говорила моей подружке. Я только слышал непонятные колебания голоса, но не четкие слова. Хотя стоял прям возле них. Мама не заметила моего присутствия. Только Карина снова посмотрела в мою сторону, но снова мимо. Разве что, пристальнее, чем в первый раз. Мне стало интересно, что будет происходить дальше, почему тут моя мама, о чем они говорят и могу ли я это как-то узнать. Я расхаживал по комнате туда сюда, периодически волнуя сознание девушки и заставляя её всматриваться в месте, в которых я находился, но так ничего и не понял. Ответа не было.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мама засобиралась. Я хотел остаться с Кариной, как-то показать, что я здесь и разузнать правду. Думал, раз я мерт, то она мне расскажет, какая уже разница. Но моя дама тоже собралась уходить. Что ж, я с ними. Мы приехали в больницу. Знакомый белый коридор, я от сюда вышел недавно, только двери, через которую попал в квартиру, не обнаружил. Палата. В ней я. В коме. Мама осталась со мной одна. Она плакала и просила чтоб я не покидал её. Мамочка, я тут, посмотри! Я рядом, я обнимаю тебя!
Словно рука великана меня сдавила и выдернула из этого места. Тупая боль пронзила всё тело, в глазах почернело. Меня куда-то уносила неведомая сила. И вот я прибыл на место встречи.. Со старухой, к которой утром ходил. Она сидела одна, перед ней спиритическая доска. Она смотрела прямо перед собой.
— Олег, ты здесь?
— Да, — ответил я.
Никакой реакции. Её руки лежали на треугольнике.
— Олег, ты здесь?
Не сразу я, конечно, сориентировался. Положил руки на треугольник и передвинул его к слову «Да».
— Я нашла пакет с травами недалеко от леса, — продолжала бабка. — Это ты собрал?
Я подвигал указатель у слова «Да». Она слегка улыбнулась и продолжила общение:
— Где ты находишься?
Странный вопрос. Прямо перед вами, где же еще. На доске я начал указателем выводить нужные буквы для ответа. Она уставилась в пространство так, словно взглядом хоетла сообщить мне какую-то гадость о моих умтсвенных способностях.
— Где находится твое тело? — прозвучал следующий вопрос.
«Я не знаю в какой то больнице» — вывел я на доске буквы.
— Узнай, — сказала она и убрала руки с доски. В этот же момент меня снова подхватила сильная рука и отправила восвояси. Я оказался в белом коридоре. В моей палате уже не сидела мама. Я посмотрел на самого себя — бледный, с синяком у виска. Кровоподтек в области уголка губ. Тело под простыней, руки сверху, вдоль тела. На кисти глубокий порез. Наложен шов. На руке, к которой присоединена капельница, много красных пятен, как от укусов комаров. Слишком много, одно на одном. От собственного вида у меня, призрака, закружилась голова. Я вышел из палаты и направился искать выход из самой больницы. Прочитав и запомнив название и адрес, я занялся бесполезными скитаниями в ожидании, когда старуха меня пригласит вновь на спиритический сеанс. И тут я увидел её идущей в больницу и оборачивающейся, словно воришка перед кражей. Она шла уверенно к моей палате, словно была тут уже не впервые. Войдя внутрь, встала у моего тела и долго на него смотрела, шевеля губами. Я наблюдал с интересом, не понимая, что происходит. Но вдруг мне стало больно в области груди. Очень больно. Словно меня режут ножом. Кричать я не мог, да и толку — меня все равно никто не услышит. Адская эта боль словно рвала меня изнутри. Я только и делал что хватался за голову, сжимался, открывал рот в немом вопле. Боль прошла так же резко как и началась. Старуха достала из сумки какой-то пузырек с коричневой жидкостью, отвернулась от моего тела и начала говорить с пузырьком. Слов я не слышал, но боялся, что сейчас снова будет больно. Она тем временем снова села у моего изголовья и капнула несколько капель на мои губы. В том месте. куда они попали на моем теле, моя призрачная плоть словно воспламенилась. Боль была словно от тысячи ожогов, мой рот будто горел. А бабка снова шевелила губами. Я понял — шепчет заклинание. Но какое? У меня невыносимая боль. Я снова начал корчиться и валяться по полу, чувствуя ожоги поочередно на губах, глазах, запястьях и прочих частях тела. Кажется, это длилось вечность. Потом снова заболело в груди, еще сильнее, чем раньше. Меня сдавливали невидимые руки и резали невидимые ножи на мелкие кусочки. Я пытался это остановить, но не могу. Я умолял женщину прекратить пытки, но она меня не слышала. Она продолжала шептать что-то и лить коричневую жидкость на руки, ноги, грудь лицо.
И вдруг в грудь ворвался сильнейший в моей жизни порыв воздуха. Я распахнул глаза, как мне казалось, на все лицо. Что-то кольнуло в руке справа — это капельница вылезла. Какая-то коробка возле меня начала громко пищить. Сбежались врачи и медсестры. Они в панике метались вокруг меня, что-то говоря друг другу. А я смотрел на них и улыбался. Я очнулся.
— Они говорили, что шансов почти нет, но я им не верила, — это мама пришла меня навестить. — Я знала, что ты еще поживешь, мой сынок.
— Мамочка, я люблю тебя.
Я не стал пугать маму рассказом о том, что со мной приключилось. Но как оказалось, она все уже знала. И сама очень даже стала пугать меня. Оказывается, знахарка, её зовут тётя Люба, приходила к маме после сеанса, проводимого здесь, и все ей рассказала. Как оказалось, я вовремя к ней обратился и тем самым спас жизнь себе и возможным будущим жертвам. Карина была не человеком а нечистью. И, поцеловав её, я открыл ей доступ к своей душе. Ко мне был прикреплен пожиратель душ, который медленно высасывает её из человека, ползая за ним в виде тени. Заклинанием знахарка изгнала их из нашего мира. И теперь стало на одну нечисть меньше. А все благодаря моему «дурацкому» увлечению наблюдать за собственной тенью. Обычно люди не обращают внимания на такие мелочи, а мелочи иногда спасают жизни.
Автор Рия Рон

Комментариев нет

Ваш электронный адрес не будет опубликован.